Абхазия – страна паломников. Быть или не быть?

Страна Души, где благодать витает
И образы Святых мы видим сквозь века,
Где море звездный свет ночами отражает,
И души наши воспаряют к облакам…

Господи, благослови

Про Абхазию говорят: кто был здесь раз, следующего — не миновать. Абхазия — Апсны – страна души… Воспоминания тихим наваждением проявляются где-то на стыке ума и души. Они приятны и утешительны, живописны и одухотворительны…

И вот, в иллюминаторе самолета появляется полотно черного моря. Оно дышит, колеблется, волнуется апрельским ветром. Тяжелое, темно-синее, оно игриво красуется перед небом, переливает солнечные блики по всему своему телу.

Самолет идет на посадку, мягко кружась то над морем, то над землею. Вижу горы. Те, что дальше и выше, покоятся в снежных одеждах. Ближние, еще не надели зеленый наряд и не могут наполнить палитру полутонами…так не хватает нежно — ярко — зеленого. Берег моря пуст, и не спешит быть гостеприимным. Воздух мало прогрет солнцем, всего + 12.

Аэропорт Абхазии в Сухуми еще не действует, поэтому нас встречает вечерний аэропорт Сочи в Адлере. Наш визит в эти края весьма не поэтичен. У нас спецзадание: найти в Абхазии место для Паломнического центра, и от Госдумы: посмотреть территорию в Новом Афоне, которую предлагает Абхазо-Сухумская Епархия.

Гостиничный вечер прошел в активном планировании встреч и мест. Ровно в 8 часов утра следующего дня, мы в составе трех человек отправляемся в серьезную экспедицию Адлер – Абхааазия – Адлер на резвой копейке белого цвета. За рулем царь. Серьезно! Имя Ишхан в переводе с армянского – царь.

Первое преткновение мы встречаем на Российской границе. Один из нас Гражданин Украины без загранпаспорта. Въезд таковых граждан на территорию Абхазии только по загранпаспорту. Учитывайте это Граждане не Российской Федерации! И…

Нас оставалось только двое: я и Настя, и царь-водитель Ишхан. На наши могучие девичьи плечи легла доверенная народом и Госдумой миссия бескомпромиссно. Тельняшки были с собой. Подходя к абхазской границе, мы заметили пристальный взгляд таможенников.

— Вы, что, кришнаиты? – смотря, на мою развивающуюся, на ветру безразмерно длинную юбку, палантин и плащ, сумочку через плечо, спрашивает один. — Нет, секта Муна. Мы православные христиане! — А что, это у Вас за сумочка? — Это сумочка паломника. На ней, видите, написано «Благословение Толгской Обители». Мы едем к отцу Виссариону. — О-о-о, проходите, проходите. Передайте отцу поклон. (Даже забыли за страховую пошлину в 200 руб. в день с человека.) — От кого именно поклон? — Э-э-э, от таможни… — Передадим. С Богом.

Мы погрузили свои тела на царскую колесницу и помчались по абхазскому асфальту к намеченным пунктам. Погода нам сопутствовала: безоблачное небо раскрывало свои объятия, солнце наполняло воздух теплом, согревало нас через стекло копейки, предлагая нам расслабиться и снять верхние одежды. А море! Так блещет и манит за окном автомобиля! Мо-о-о-ре-е-е! Сегодня оно игривое.

Первая смотровая площадка за курортным городом Пицунда. А вот и Патриарший собор, украшение Пицунды, в честь Апостола Андрея Первозванного. Этот собор в середине X века стал кафедрой Абхазских Католикосов. Здесь происходили выборы Католикосов-Патриархов Абхазии, рукоположение епископов. Но нам дальше в Армянское село Агараки.

Созваниваясь с Агараки из солнечного Новосибирска, нам так описали возможное место с мандариновым садом и домом 8 х 12 в два этажа, что некоторые из нас, размечтались – вот она – мечта! А получилось, как в Смешариках у Нюши: мечты сбываются, а переварить ты их не можешь.

В Пицунде нас встретил Серега, обладатель мандариновой мечты. Он с Ишханом быстро нашли общий армянский язык. После слов приветствия, Серега пересадил нас с царем на уазик – таблетку 1993 года выпуска. Обычных таблеток с собой не взял для нас, — видимо, не догадывался зачем.

— Сколько километров до Агараки? — Да, рядом, километров 6 от моря. Только понимаете, мне очень надо продать мой участок. — Понимаем. – Переглядываемся. – Поехали.

Забравшись в машину Серёги, я быстро достала влажные салфетки, чтобы протереть запыленные слоистые два сиденья в салоне. На нашу беду, толи радость, они были еще не прикручены к основанию. Ну, и ладно, подумалось мне. А зря…когда таблетка взяла курс на Агараки, сиденья начали ерзать и неожиданно подпрыгивать вместе с нами. Все что нам оставалось делать – это прикручивать их своими … упершись руками в салонный столик, тоже пыльный. Сквозь днище часто и мелко в дробь виднелась быстро мелькавшая земля. В эти же коррозии лениво поднималась дорожная пыллль. Четвертая тыльная дверь грохотала на проволочной завязке и приваренной перегородке, видимо, чтоб машину по дороге не развалило надвое. Логично, а что делать? Она, дверь, угрожающе пыталась расстаться со своими смирительными путами, грохоча, и мне даже временами казалось, что есть опасность вылететь туда, туда… «Это моя лягушонка в коробченке едет». Ох! Потом вспомнился «Мцыри» Лермонтова: «…и мы, сплетясь как пара змей, обнявшись крепче двух друзей, упали разом…и во мгле, бой продолжался на земле».Стол был единственным спасительным кругом и другом, и сплетались с ним.

Я и Настя насторожились относительно 6-ти километров от моря. Ишхан по — царски сидел на переднем прикрученном сиденье, подтрунивая над нами. А Серега — Шумахер нас увозил все круче и выше в горы, да так ловко, гибко и подкидисто. Казалось, этому не не не бу бу будет конца. Моя мечта рассасывалась по мере ее приближения. Слава Богу, время движется. По внешней стороне салона скрипуче прошуршали ветви раскидистой мимозы, заросли безымянного кустарника. Ишхан выскочил, что бы отворить декоративные деревянные ворота — плетень. Мы — приехали!!! Вид в горах, воздух, тишина — на миллион. Снежные горы в 2-ва яруса с одной стороны и упоительное море с другой. Только вот дом совсем не 8 на 12 и вообще, как-то все очень заброшенно и нежилое, и заросло, и заплесневело. А мандариново-апельсиновый сад впечатляет. Пока мы приходим в себя, рассматривая окрестности и недвижимость, Сергей обходит свои владения. Возвращается с апельсинами в руках, только что сорванными. Угощает нас и по нашим лицам понимает наш курьез. На такой паломнический центр мы не готовы. Сладко поглощая сочные натуральные апельсины, мы дивились Божьему миру. Такую дачу чудно было бы иметь, выйдя на заслуженную пенсию, завести пчел, снимать урожай в 25 тонн, ждать приезд внучат, да чтоб побольше, — и радоваться жизни!

На обратном пути Настя поинтересовалась у Сергея, нет ли другой, лучшей дороги!? Молодец, Настя!!! Серега сказал, что есть. Колхозная.

Только, правильно было бы сказать, что была, когда – то. Взяв курс на новую дорогу, мы перекрестились и поуспокоились. Рано! Серега поздно понял, что со времен детства и колхоза прошли годы. Колхозная дорога канула в лету. И теперь она представляла собой обрывистую, заросшую танковую дорогу. Уазики, оказалось, грязи не боятся, как и танки!!! Эта такая машина!!! Лэнд дровэр отдыхает!!! Колея высотой около метра ему тоже нипочем. Ох, уж эти неожиданные обрывы и наклоны с откосами под 90 градусов. На них обрывалось мое или наше сердце, глаза автоматически закрывались и губы шептали молитву, руки судорожно впивались в столик и … в сиденья, сильнее прикручивая свободные кресла. Но, уазику виват! У него обрываться уже было нечему: все или приварено намертво или отпало. Мы выехали к горной речке и поехали по ее руслу к морю, до самой Пицунды, к дому Сергея, к нашей мягонькой копейке. Теперь, она казалась царским рублем!!!

Ишхан договорился с Серегой, что будет подгонять туристов на экстрим-шоу-тур за 1000 рублей за круг! Мы не договорились ни о чем.

Следующая плановая точка — Новый Афон. По договоренности духовно-мирских властей московских и новоафонских, нас должен был встречать отец Виссарион. Но волей случая его отозвал к себе мэр Краснодарского края, перепоручив нас некоему Самону и его другу Давиду. В Новом Афоне мы не без труда отыскали пацку — местное кафе, чтобы утолить голод чрева после стресса на Агарацких горках.

Пока готовили пищу, я пошла утолить голод души. Пацка находилась на берегу. Морской воздух дурманил и пьянил голову. Его манящий аромат я знаю не понаслышке с детства. Мой родной город-герой Керчь вскормил меня этим ароматом двух морей. Проходя мимо другой пацки, я увидела сидящего на стуле пожилого человека. Он приветливо ответил мне на мое «добрый день». А взор утопал в яркой синеве моря и нежности голубых небес. Мои ноги спрыгнули с пирса на гальку. Стопы слегка вязли в ней и торопились к морю. Сижу на бетонном волнорезе, прогретом солнцем, и не верится, что я здесь, в краю души. Теперь я понимаю, почему писательница Наталья Сухинина свои замечательные книги приезжает писать в домик в Пицунде на берегу моря. Здесь, действительно все для души: и красоты природы, и святыни Православия щедро наполняют эту землю.

Волны бегут вдоль волнореза, море выплевывает их на берег. От солнца миллионы алмазных бликов россыпью разбросаны по воде. И этот сияющий блеск не в состоянии соперничать с блеском куполов Ново – Афонского монастыря. Монастырь расположился на горе напротив моря, как на коренном Афоне. Стройные кипарисы свечками обрамляют золотые маковки храма. Почти наравне с куполами. Пышные пальмы опахалами крон разгоняют волны ароматного ветра. Земля дышит и напаяет красками свои первоцветы. Их множество, таких пестрых и неповторимых. И королева цветов – роза, вносит свой вклад в этот парад. А цветущие низкорослые деревья?! Благоуханный край.

Вкусно отобедав, мы ждем послов от отца Виссариона. К нам залихватски подгоняет черный замызганный бумер. Выходят два абхазских мужчины. Извиняясь за небритый вид и грязную машину, объясняют нам, что они и не думали быть нашими сопровождающими на объект, поэтому они не в форме. Но, обстоятельства и начальство велят. Все-таки Госдума РФ прислала в лице Анастасии Супрун доверенного смотрителя территории под Паломнический центр. Регалии делают свое земное дело. Положенные земли прилегают к монастырским, и уже узаконены. Расположены они в 5 минутах от моря. Это вам не Агараки!!! Территория бывшего пионэрского лагеря находится 19 лет в запустении. Бесхозные здания холодно и равнодушно зияют пустыми глазницами бывших окон и дверей. 2,6 га запустения. Фотографируем, задумчиво осматриваясь. Одно здание заселено жильцами. Их планируют расселять в будущем. Работы – непочатый край, начать да кончить. Дать жизнь сызнова вымершему лагерю — дело непростое, и требует серьезного подхода.

Осмотрев, и, задав нужные вопросы мы распрощались, и поехали дальше. Веселая копейка – рубль несла нас к столице Абхазии городу Сухум. В прошлом году он произвел на меня печальное впечатление, да и не только он. Но теперь, еду и глаз радуют отремонтированные здания, убранные улочки, скверы. В совершенстве радуют Ботанический сад, Филармония, школы, скверы. Парки, Храмы, чистые, отреставрированные. Красота природы дополняется красотой от человека, а это уже гармоничные плоды.

Здесь нам предстоит осмотреть несколько участков под наше будущее. Не спеша, нам показывают земли. Но все не то. Анастасия настойчиво требует агента недвижимости вспомнить какой-то участок с домом. Не может вспомнить. Начинаю вслух петь молитву «Отче наш». И, чуду было время совершится, – вспомнил он место. Приехали, — не то. Но, какое зеленое, высокое, светло-радостное. Проводим очередной осмотр, уже усталые. Приятное место, просторное. С одной стороны горизонт украшен снежными горами, теми, что были видны с самолета. А, с другой – Сухум, как на ладошке, и море переливчатое. Сразу за садом, тоже мандариновым, поляна. Чудесная такая. А где храм? Так и просится на ней храм!!! Не порядок, надо ставить храм, решили мы. А вот здесь детям удобно будет играть, а здесь мы беседку поставим. О-о-ох! Планы будущего начали обретать мысленный облик, — размечтались. Но цена вопроса нас только утвердила в желании. Ставим галочку в плане, и дальше.

Путь держим к Границе. Апельсины вдоль дороги ярко — оранжевым светофором преградили нам путь. Стоп!

— Мне, пожалуйста, 2 кг по 40 рублей.( Это самые дорогие. Можно и 15 взять меленькие) — А, лимончик, возьмете? — Конечно, возьмем. Таких, как в Абхазии, здесь в России нет! Они особо вкусны и благоуханны.

Мандарины самые вкусные считаются Новоафонские. Их когда–то монахи из Греции завезли и культивировали здесь! Но, уже не сезон на них.

Еще одна встреча, еще один объект, и почти на стыке дней мы пересекаем границу государств, насыщенные событиями, видами, теплом южного дня. До нашего приезда тепло не баловало жителей юга. Дожди, ветра. А говорят, что «в этом году зима лютая была: три дня мороз такой был. Вах! -2 градуса и снег был». Вах, смеюсь я, жара!!! Деревья цветут. Скорее принять душ, смыть усталость дня и дороги, стряхнуть Агаракскую пыль. Адреналин снова при воспоминании вспыхнул под ложечкой. Вах! С утра некто сбегал на рынок. Надо своим привезти розы Сочинские, ароматные и бархатные, зелень натуральную, ну, и сладости кавказские.

В моей сумке плюсом к апельсинам и лимонам ракушки новоафонские, сорванный мандарин с веточкой из нашего будущего сада, лавровые ветви, вкусный, пряно — соленый аромат моря, блеск солнца на куполах, и немного души из страны души Апсны.

Дело осталось за малым: решиться с чего начать. А быть там Паломническому центру – просто необходимо! Словами не сказать, глазами надо посмотреть и душой приложиться к вечности в Боге под музыку моря, ветра и вальс облаков.

Юлия Березова Композитор и исполнитель

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *